Дарившая любовь

Дарившая любовь

 Cмотрю в календарь. Улыбаюсь: 30 июля – Международный день дружбы. О чем можно написать в связи с этой датой? В нашем советском детстве о дружбе ходили легенды, напрочь позабытые нынешним поколением. Спросите у своих детей, кто такой друг, и они расскажут вам о сотнях подписавшихся на них «друзей» В контакте… А у Вас, дорогой читатель, есть тот самый, очень важный человек в жизни – друг?

У меня был. Ее знали многие – Наталья Бунякина. Она приехала в наш город из Крыма. Встретила здесь свою большую и единственную любовь. Вышла замуж. Родила сына и осталась в памяти знавших ее людей светлым ангелом и, не побоюсь этих слов, святым человеком.

Когда она обратилась в больницу, было слишком поздно – метастазы уже поразили многие органы. Врачи предложили стандартный метод лечения с оговоркой, что он может быть бесполезен. После нескольких сеансов химиотерапии Наталья отказалась от дальнейшего лечения: «Я не могу молиться, не могу жить».

Живешь себе, как все живешь ­ ропщешь. Упираешься, падаешь и вдруг кричишь: «Боже, больше не могу, плохо мне!» И вновь катишься по жизни сухим перекати­поле… Спотыкаясь на очередной кочке, набираю номер телефона подруги – надо поплакаться. А она отвечает: «Я в Белгороде, у мощей святителя Иоасафа!» Чувствую обиду: почему меня с собой не взяла…Звоню еще раз. «Я приехала на «химию». У меня рак». У нее рак 4 степени. «Как ты думаешь, что с волосами будет?» ­ это уже в другой раз. У Наташи была роскошная коса…

Проходит время. О ее болезни почти никто не знает. После первого сеанса химиотерапии, а затем и второго она вышла на работу. Работала как все, выполняя усердно свои обязанности по храму, детскому православному центру, продолжая посещать своих любимых одиноких бабушек. «Божьи одуванчики, ­ говорила она о них. – Это не им без меня плохо, а мне без них…»

Молитвы, если такое случается, каким­то странным образом всегда заканчиваются молитвой о себе. И это мне, Господи, дай для счастья и вот то тоже, а еще вот это… А вот сегодня, спустя не один год после смерти Наташи, благодарю Бога за встречу с ней. Она была и остается примером героического терпения, веры и любви. За четыре года эта маленькая женщина не произнесла ни одного упрека в сторону обижавших вольно или невольно ее людей, не пожаловалась на свою болезнь и не выказала желания, как говорят священники, «бросить свой крест».

И так плакать хочется, так хочется найти в пустыне своего сердца эти чудесные источники, от которых брала силы ее душа. И память отчаянно рвет сердце картинами из недавнего прошлого: задыхаясь от боли, Наташа стихала, брала в руки четки и тянула узелочки. Пересохшие губы шептали молитву – неисчезнувшая боль утопала в любви к Богу, сыну, бывшему мужу, близким, всем тем, с кем она работала, пела в храме на клиросе…

«Без моего храма мне не выжить», ­ уже с трудом передвигаясь, не обращая внимания на уговоры близких, Наташа стремилась в храм. Здесь ей был дорог каждый уголок, каждый прихожанин. «Я всегда любил Наталью Николаевну и сейчас люблю, ­ не раз говорил нынешний настоятель храма святой мученицы Варвары протоиерей Федор Сикуринец. – Она обладала удивительным даром – умением радоваться открыто и искренне, как ребенок. Эта радость каким­то удивительным образом передавалась и другим людям и вокруг становилось светлее и легче».

Была у прихожанки храма апостола Иакова, кроме любви к Богу и ближним, еще одна большая любовь – детский досуговый православный центр во имя святителя Иоасафа. Зная ее привязанность к детям, тогдашний настоятель храма протоиерей Иоанн Задорожный предложил ей возглавить в центре класс духовиков. Словно наседка, нянчилась Наташа со своими питомцами. А ее слова «Дети – это крылья в Небеса» я запомнила на всю жизнь…

«Я ничего не успела, ничего после себя не оставила». Оставила. Дар любви к жизни. Она научила смотреть на окружающий мир иначе – радуясь. Да, она умела радоваться всякой мелочи: полевой незабудке, пушистому бантику на детской макушке, лучику солнца, упавшему на ее ладонь...

Как­то перед самой смертью к ней пришли знакомые и, увидев ее страдания, стали горячо молиться о том, чтобы Бог прекратил их. «Вам что больше не о чем помолиться? ­ почти грозно спросила больная и тихо добавила, ­ Девочки, не надо… Всю, до последней секунды жизнь, Богом мне отпущенную, хочу прожить…»

Елена Филатова 

28 июля 2016, 12:30    Редакция Общество 0    39

Комментарии (0)

    Популярные новости

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.