шапка3
Хранители памяти

Хранители памяти

— Здравствуйте, Александр Николаевич! С Новым годом! Поворачиваюсь на голос: Илья Коляда, наш воспитанник. Боец молодёжного поискового отряда «Дружина». «О, Илюха, привет! Нарядный ты какой, и стрижка модная – с чубом!» Взгляд Ильи стал вдруг какой-то смущённый и растерянный. «А Вы меня на вахту с такой стрижкой возьмёте?» У меня засосало под ложечкой. Как же тебя зацепило-то, парень! До вахты ещё 8 месяцев, а ты уже переживаешь: возьмут или нет?

 

Это всё «генерал», Юра Анников – наш начальник штаба. Уж очень он лютовал, когда мы в августе 2018 года собирались на нашу первую учебно-тренировочную Вахту на Смоленщине. Обращал внимание на каждую мелочь (хотя какие в лесу мелочи), лично проверял экипировку и внешний вид. Заставил таки Влада Иванова постричься.
Я Юрке рассказал в тот же вечер о встрече с Ильёй, волнуется мол парень, переживает. «Всех обрею», — немедленно отреагировал Юра, – «Нечего на голове насекомых собирать». Свирепый дед, правильный.


Вахта с участием детей явилась проверкой всех нас, правильности выбранного пути и методов его прохождения. Изначально наш клуб «За Родину!» задумывался как организация, состоящая из взрослых, самостоятельных людей, посвятивших себя поиску останков воинов, погибших в годы Великой Отечественной войны. Но судьба свела нас с Жанной Аршиновой и её 5-б классом. Случайное знакомство на выставке военных артефактов, проводимой нами в городском краеведческом музее, переросло в крепкую дружбу и тесное сотрудничество. Приходя в школу с рассказами о войне, о поисковом движении, я начал замечать в детях искренний интерес к истории Великой Отечественной войны и к работе поисковиков. И не очень удивился, когда Жанна Вячеславовна, краснея и смущаясь, предложила по субботам на базе клуба проводить занятия по программе «Школа юного поисковика», которую она же сама и разработала.

  

Часто приходится слышать досужие разговоры о том, что молодёжь, дескать, пошла не та, и ничего им кроме компьютерных игрушек не нужно. Молодёжь во все времена одинакова. Дети из утробы матери не рождаются экстремистами, террористами. Это дети. За то, какими они вырастут, ответственность лежит на нас, взрослых, на обществе в целом и на каждом в отдельности.

  

На очередном занятии с детьми вдруг вспомнился мой дед Степан Павлович. Мальчишкой переживший голод 1932 года, 17-летним юношей, приписав себе год, ушедший добровольцем на войну. Пройдя все тяготы плена, сумевший сохранить любовь к Родине и гордость за свою страну. «Ничего, Саня, ничего», – говорил он в 90-е, когда страна, за которую он проливал кровь была разодрана на кусочки и хотелось выть от безысходности, – «Народ – он ведь как дуб. Его можно срубить, но здоровый корень даст новые побеги, которые со временем станут могучее прежнего. Так было и так будет». Дед, ты мой дорогой, так вот они дубки… А со временем будет и дубрава.

 
– А скажите мне, детки, в чём гранаты вывозить будем? В носке или в шапке? — опять «генерал», хитрый старик. Но и наших орлят так просто не проведёшь.

– Юрий Владимирович, Вы что, не знаете, ВОПы ни в коем случае трогать нельзя? -
Вика Григорьева смотрит на провокатора с укоризной и сочувствием… Мол, что со старого возьмёшь?
– Все взрывоопасные предметы нужно обозначать вешками и сообщать наставникам, – подхватывает народ.

  

Народ у нас бывалый, взрослый… Уже многим по 15 есть, а некоторым и по 16 лет. И по лесу ходили, и в палатках ночевали. Целых два года под руководством своих инструкторов, бойцов поискового клуба «За Родину!», проходили начальную медицинскую подготовку, изучали основные виды вооружения и боеприпасов, встречающиеся на местах боёв, усвоили правила поведения в лесу. Сдали экзамены.

– И зря Вы, Юрий Владимирович, стараетесь. На такую дешёвую провокацию никто из нас не поведётся, – лукаво щурится Маша Бородина, командир молодёжного поискового отряда «Дружина».

  

Бойца подняли на четвёртый день Вахты, под вечер, когда уставшие собирались в лагерь. Предыдущие три дня кропотливого труда не принесли желаемого результата. Хотя, как сказать. Дети освоились, втянулись, научились готовить. Но всё же, всё же… Каждое утро, выходя на поиск, думалось: «Вот сегодня точно найдём… Ведь поднимают же парни из других отрядов, значит чего-то нам не хватает, где-то не дожимаем.». И вот солдат… «Назвонил» его Данила Шипилов, самый опытный из «дружинников». Он с нами с семи лет в лесах. Спокойный, молчаливый парнишка. И сейчас он встал с коленок, держа в руках магазин от СВТ и сказал как-то буднично: «Боец». Ох, ты ж дорогой ты мой щегол, наконец-то! Сам с трудом сдерживаю радость от нахлынувших чувств. Зато ребятам нашим сдерживаться незачем. Первый подъём, сколько они к этому шли. Как они ждали этого момента и сколько разочарований пережили. Пришлось вмешаться. «Так, юниоры, успокоились все быстро. Ваня, с ребятами берёте лопаты, расширяете шурф. Девочки, перебираем отвалы. Работаем очень внимательно, возможен медальон», – но увы, солдат так и остался безымянным.

  

На следующий день была игра в лапту с молодёжным отрядом «Высота» из Подмосковья. Наши проиграли. «Всех уволю, – бушевал «генерал», – позорники». Какой однако азартный дед, я и не ожидал. Орал, пока не охрип. Расстроенный, залез в палатку и долго оттуда бубнил, как он по приезду всех мальчишек острижёт и по какой системе будет их тренировать. Экий затейник. Много революционного в плане физического воспитания подростков прозвучало тогда из палатки. Мы с интересом послушали. Какой всё-таки тренер в Юре пропадает.

 
В тот же день нам довелось встретиться с последним выжившим в страшной трагедии 1943 года Петром Афанасьевичем Бычковым. Пятилетним ребёнком ему удалось вырваться из пылающего ада родной сожжённой деревни Новая (Борьба). Тогда, в 43-ем, озверевшие фашисты согнали жителей деревни в деревянный дом, облили бензином и подожгли. Чудом спаслось лишь пятеро из 345 человек.

 

Как мало осталось вас, людей, переживших все ужасы и боль той войны, людей, непонаслышке знающих цену куску хлеба и горечь потерь близких и родных.
Уходят годы, затягиваются раны. Подрастает уже пятое послевоенное поколение; и как важно сохранить в памяти народной правду о тех годах. Правду о великом подвиге людей, сумевших выстоять и победить. И как сложно сделать это, когда в угоду чьим-то расчётливым планам вновь поднимает голову фашизм, стараясь переписать историю, переделать её под себя. В этих условиях перед молодыми людьми стоит непростая задача – выстоять в информационной войне, разобраться в её причинах и целях. Но как это сделать, когда в современных учебниках истории за 11 класс, на изучение Великой Отечественной войны отводится всего 7 часов. Когда смотришь современные фильмы о войне, складывается впечатление, что победу над страшным врагом одержали только несколько диверсантов и штрафбат…

 

В этот раз решили разделиться. Я повёл команду из подростков и нескольких взрослых в ближайший ельник, где накануне были подъёмы, а Саня Ершов перед выходом долго разглядывал карту, хмурясь и что-то бормоча себе под нос. И наконец выдал: «Я ухожу подальше в лес. С собой беру Данилу и Зацепина». Ну «ухожу», значит «ухожу». «Давай, братишка, Бог в помощь». Саня – лучший поисковик в отряде. Упрямый и удачливый. Есть у него «чуйка» — интуиция, выражаясь нормальным языком. И ребят подобрал под себя. Рослый, молчаливый Данила уже достиг уровня приличного поисковика, способного на самостоятельную работу. Лёша Зацепин – казачьего рода, потомок основателей Белгородской засечной черты. Перелопатив в архивах уйму материалов, составил генеалогическое древо, уходящее корнями аж в XVI век. Хотя для него это первая Вахта, чувствуется, что поиск в нём поселился всерьёз и надолго.

 

Несколько часов подряд мы «чесали» ельник то выходя на опушку, то вновь углубляясь в заросли. Кругом попадались заросшие травой ямы от старых раскопов.

— А может нет тут больше ничего, вон как ребята поработали? Весь лес перекопан… И тут захрипела рация:

– Командир, есть боец! В пойме ручья, верховой…
— Лёшка, сынок, дай я тебя в рацию сейчас расцелую… — но беру себя в руки, — Именной?

– Не знаем пока. Останки лежат прямо сверху. Немного грязью затянуло.
– Удачи, парни. У нас – ноль. Уходим в лагерь. Конец связи. Ребята вернулись с приходом темноты. Принесли бойца, так и оставшегося неизвестным.

 

И вот дорога домой. Проводив в последний путь останки найденных на Вахте солдат, погрузились в автобус и тронулись. Впереди 800 километров, которые нужно проделать засветло. Повезло с водителем. Сергей Меркулов всю жизнь за рулём, компанейский, разговорчивый мужик.

Наблюдая за ребятами, расположившимися в салоне автобуса, вглядываюсь в их уставшие лица, пытаюсь понять, что в них изменилось, что отложилось. Наверняка эта экспедиция не прошла для них бесследно. Вот Ярик, склонил голову на грудь, дремлет. Ярослав Борзенков. На наших глазах этот изнеженный, избалованный вниманием родителей ребёнок вырос в стойкого выносливого юношу, способного на поступок. Ведь это он во время сильного ливня, обрушившегося на нас во время поиска на берегу реки Воря, закрыл своим плащом Лёху Зацепина. Так и сидели они, словно братья, прижимаясь друг к другу, пережидая ураган.


Настя Азарова и Владик Иванов заболели ангиной. Но отказались от «эвакуации», уверяя нас, что всё будет нормально и они скоро поправятся. Правда, пару дней им таки пришлось просидеть безвылазно в лагере, усиленно поглощая целебный мёд и лимоны.

Как-то вдруг вспомнилась зима 1995 года. Точно также вели себя вчерашние мальчишки, только недавно надевшие военную форму, в Чечне. Были они в ту пору немногим старше наших воспитанников. Витя Зинер, механик-водитель танка, получив сквозное пулевое ранение руки, отказался госпитализироваться. Так и рассекал на своём «танчике», меняя повязки. Никогда не забуду, как отдал мне свой бронежилет незнакомый парень из пехоты, когда ночью мы забирали раненного прапорщика с блокпоста на реке Аргун.

Закончилась Вахта, позади 10 дней тяжёлой кропотливой работы. Дети вернулись к обыденной жизни. Но неизменно по четвергам и субботам спешат в просторное двухэтажное здание, где сейчас расположился Центр патриотического воспитания «За Родину!» Когда я их спрашиваю: «Зачем? Что вас сюда влечёт?» Они лишь пожимают плечами. Нравится, мол, и всё. И невдомёк ещё нашим юным следопытам, что погибшие бойцы не отпустят их теперь никогда. Будут теребить душу и каждую весну звать их в экспедиции.

Уходят годы, уйдём когда-нибудь и мы – внуки победы, воспитанные на рассказах своих дедов-ветеранов. И наше место займут наши орлята – дети, воспитанные в духе патриотизма и любви к Родине. И будут гордо именоваться поисковиками. Хранителями памяти.

Александр Юдин, руководитель ППК «За Родину!»

фото из архива клуба zarodinu241.ru

24 января 2019, 16:05    Редакция Вахта памяти 0    567

Правила комментирования

Пожалуйста, прочитайте наши правила прежде чем оставлять комментарий.

Популярные новости

Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.